Пламя возрождения [СИ] - Алексей Кольцов

самостоятельно обработать раны, сидя в углу во дворе и любуясь на догорающий дом. Вокруг суетливо бегали слуги, пытаясь потушить пожар.

Досмотреть зрелище и отдохнуть перед возвращением в город не вышло. Сначала начальник охраны попытался забрать У Сина для допроса, но пара сломанных рук его людей, слишком ретиво бросившихся исполнять приказ, мгновенно охладили его пыл. Потом появился евнух и срочно попросил явиться пред очи безутешной вдовы.

У Сину было интересно, сколько в ее словах игры и сколько — истинных чувств.

— Госпожа только что потеряла супруга, вы должны ее понять… — примирительно начал евнух, мелко кланяясь.

Госпожа Мо Фан взмахнула рукавом, прервав его слова.

— Вы не смогли выполнить работу, ради которой вас сюда пригласили! Теперь мой супруг мёртв. Проводите нашего гостя, — бросила она взгляд на одного из стражников. — В его услугах здесь больше не нуждаются.

Резко развернувшись, хозяйка вышла из комнаты.

— Прошу вас, для неё сейчас так вредно волноваться…

Евнух все говорил, говорил, а монах, не слушая, ловил на себе расчётливый взгляд холодных глаз последователя секты Тёмной воды.

***

Солнце неторопливо ползло по небосклону, сопровождая одиноко бредущего по дороге человека.

У Сину не дали отдохнуть, оправиться от ранения и переночевать перед долгой дорогой. Провожатых ему тоже не дали.

Это привело к закономерным последствиям. Чтобы восстановить силы, У Син ограничился коротким привалом. Остановившись, он перекусил, сменил окровавленную повязку на руке и залил рану целебным зельем.

Бок от удара призрака болел и ныл. К сожалению, из-за больной руки наложить тугую повязку на ребра было невозможно. Придется потерпеть до города.

На руках остались отметины от когтей поверх ожога. Совпадение? Или женщина-призрак сделала это специально, чтобы скрыть след от огненного копья?

Кожаный доспех, состоящий из множества слоёв спрессованной кожи, тоже серьёзно пострадал. Слои лака местами отошли, и часть пластин требовала замены.

«Лишние расходы», — с досадой вздохнул монах.

Он оказал услугу клану Мо, но не дождался от них даже доброго слова. Однако вознаграждение должно прийти с другой стороны…

***

После составления и подписания «контракта души» призрак госпожи Ли Шан посвятил его в планы. Она с дочерью планировала покинуть усадьбу, разыграв спектакль.

Пока она была жива, ограничения заклятья, наложенные на неё адептом Тёмной воды, не позволяли ей далеко удаляться от места заточения. Остаток жизни она провела в заточении, создавая картины, которые клан Мо продавал на аукционах.

Такую же судьбу уготовили и её дочери. Правда, той ввиду юных лет печать заклятья-поводка ещё не поставили. Со смертью матери заклятье ослабло, но до конца не исчезло.

Ли Шан нашла выход, подготовив и запечатав в картину одноразовое заклятье «Ночное Зеркало Души». Заклинание было на грани дозволенного, и его применение требовало специального разрешения. У Син высказал опасение, но в конце концов был вынужден согласиться. Иного выхода у них не было.

У Син достал один из шёлковых свитков, и перед его взором предстала картина ночного озера, освещённого светом полной луны. Ветер легко шевелил листья и нежно касался полупрозрачных цветов лотосов, которые расцвели под покровом ночи, чтобы утром порадовать людей. Тёмный лес подступал вплотную к воде. Взгляд стал тонуть в темных водах, которые затягивали в свой водоворот…

— Осторожнее! Картина способна поглотить твою душу! — услышал он голос призрака.

Предостережение подоспело вовремя. У Син пришел в себя.

— Это очень опасно и может повредить, госпожа, — предпринял монах последнюю попытку образумить призрака.

— Повредить да, уничтожить нет, — не согласилась Ли Шан. — Я знаю, на что иду, и хорошо представляю последствия своих действий. Твою роль мы уже обсудили.

Заклинатель кивнул, зная, как и в какой ситуации будет действовать.

— Всё учесть невозможно. Волю Неба не всегда просто понять, — продолжила женщина. — Именно поэтому я предпочла твоё добровольное согласие в обмен на достойную награду. А теперь не мешай! Времени осталось мало. Я перенесу часть своей души и половину своих сил в картину, создавая призрак. В прошлый раз я использовала вместо когтей оружие. Теперь у призрака будут настоящие когти. Адепт Тёмной Воды убедится, что на призраке его печать. Тебе следует его уничтожить и подтвердить, что моя дочь мертва. Надеюсь, ты создашь для меня достойный погребальный костер.

Картина, повинуясь жесту госпожи Ли Шан, зависла перед ней в воздухе, и серебристо-синий луч выстрелил туда из её груди. От высвобождаемой силы пространство комнаты задрожало.

У Син впервые так близко наблюдал применение заклинания настолько высокого ранга. Раньше он только читал упоминания о нем в храмовой библиотеке. Картина вибрировала, жадно вбирая силу. Ли Шан слабела, теряя свою юность и красоту. Морщины избороздили её лицо, а волосы побелели, подернувшись, как пеплом, сединой. Со стоном разорвав связь, заклинательница дрожащими руками протянула картину У Сину.

Он поежился. Теперь её сила была не выше первой звезды Серебряного ранга.

— Получилось, — облегченно выдохнула она. — Когда вернёшься, напитаешь массив силой и поместишь картину на месте призыва. А потом, когда призрак вырвется на свободу, ты уничтожишь его.

Она так отстраненно обсуждала собственное убийство, что монаху снова стало не по себе. Чего не сделает мать ради ребенка!

Монах заметил, что у неё получилась сильная, но тёмная душа. Уже тогда У Син заподозрил, что справиться с призраком будет непросто.

***

Сначала оковы массива разлетелись вдребезги, потому что У Син специально ослабил защитный контур. Надо было, чтобы призрак вырвался на свободу, и его все увидели воочию.

Однако дальше все пошло не так, как запланировано. Тёмный дух, увидев своего бывшего мужа, бросился к нему, не обращая внимания на град стрел. Лучники, возглавляемые Мо Ганном, предпочли занять более выгодную позицию. Они слишком рано атаковали, не став прятаться за спиной у стражников. Адепт Тёмной Воды, напротив, был слишком осторожен и почти не пострадал в схватке. Он до сих пор представлял серьезную опасность.

У Син сейчас был один, без сопровождающих. Он был уязвим как никогда.

Удобное место и время, чтобы атаковать. Никто его еще целый день не хватится и не докажет вину секты Тёмных Вод. Свидетелей не будет.

***

Чувство опасности взвыло, и тело само ушло в сторону.

«Копьё воды» ударило в валун за спиной монаха, превращая его в каменное крошево.

— Проклятье! — выругался У Син, перекатившись по земле.

Он приподнялся, пытаясь рассмотреть противника. Рановато начал гаденыш.

Земли клана Мо заклинатель покинул почти два часа назад. До более оживлённого тракта оставалось идти ещё довольно долго, и он ожидал засаду позже, ближе к узкой речушке, через которую был перекинут хлипкий мост.

Но господин Ди